ksaS
Праздный мозг - мастерская дьявола
Athene Noctua (Сова Афины)

Автор: pickleplum
Герои: Newton Geiszler /Hermann Gottlieb
Размер: 59640 слов
Перевод:_ksa
Оригинал: archiveofourown.org/works/1118037/chapters/4072...



Chapter 28: Routine, fatherhood, fires, and sparrows (Привычный порядок, отцовство, пожары и воробьи )


Когда Германа будит утренний свет, ореолом окруживший шторы, он сонно трёт глаза - той рукой, которую не придавила подушка Ньюта и косится на часы на тумбочке.
- Ньют, пора вставать, - подталкивает он пленённым локтем своего соседа по постели.
- Нет, - бурчит Ньют.
- Да. Нам платят не за то, чтобы мы валялись весь день в постели.
- Не сейчас, - ноет Ньют.
Герман вновь пихает его: - А ты разве не ждёшь сегодня утром первую партию растений? На самом деле это должно случиться примерно через пять минут.
- Хм... Я не... да! - широко распахнув глаза Ньют садится так стремительно, что Герман едва успевает убрать крыло, - Мне надо идти!
- Переодеться не забудь, - напоминает Герман.
- Опаздываю-опаздываю-опаздываю, - Ньют выносится из комнаты раньше, чем Герман успевает нормально сложить за спиной крылья.

Герман выбирается из кровати куда более неспешно, прислушиваясь с улыбкой, как Ньют предпринимает провальную попытку одновременно одеваться и бежать по лестнице.
Он ступает под шумящий горячий душ и раскрывает свои крылья почти полностью, прежде чем кончики первых маховых перьев упираются в стены. Тёплая вода вымывает болезненность из мышц, уставших от долгого пути, и о
н блаженно вздыхает. Осторожно отряхнув перья от осевших на них капель, он выходит, внимательно глядя под ноги, чтобы не поскользнуться на плитке.
Хлопает парадная дверь,
безумные крики стихают по мере удаления их источника.
Герман качает головой и - с планшетом под мышкой и очками, повисшими на цепочке поверх уютного свитера -
начинает спускаться по лестнице, ведущей в кухню. Приготовив на скорую руку завтрак, он съедает его за чтением почты и новостей, отставив в сторону порцию для Ньюта. Таймер Марвин сигналит, что его чай уже заварился и, прихватив кружку, он отправляется в свой кабинет.
Вскоре Герман погружается в успокаивающе-мерный ритм кодирования. Классные доски быстро заполняются рядами букв, цифр и символов, создающих основу для заказанного ему гидрологического программного обеспечения. Он успевает исписать половину стены. прежде чем вынырнуть в реальность, чтобы отпить тёплого чая и послушать птичий щебет, несущийся в открытое окно.
После трёх дней это уже привычный порядок. Он двигает плечами, пытаясь удобнее устроить крылья под бандажем. "Я вполне доволен такой жизнью".
Прежде чем появляется Ньютон с грузчиками, заносящими в его лабораторную теплицу небольшую рощу растений в горшках, Герман успевает исписать ещё несколько футов доски. Ньют шумно разносит рабочих за небрежное обращение с "нежными" образцами. Герман вместе с ними закатывает глаза, но в отличии от них, ещё и улыбается.
- Всё идёт как должно, - бормочет он, возвращаясь к работе.

После полудня планшет Германа подаёт сигнал.
Привалившись к краю стола, он вцепляется в планшет двумя руками и читает, не обращая внимания на стук упавшей трости.
"Неважно, старик, что ты думаешь, но наши сердца с тобой. Нас не волнует - кто ты и что ты, мы тебя любим несмотря ни на что, даже если ты и не веришь, что мы разделяем твои чувства".
В дверях возникает Ньют с каким-то мелким кустиком в руках: - Чувак, ты в порядке?
- Со мной всё хорошо.
- Ага. Само-собой. Тебе ж всегда нужны две руки, чтобы держать планшет. Но полюбому - не отправить ли нам тебя сейчас на диван?
Ньют ставит свой горшок на стол, и Герман позволяет ему под руку отвести себя к дивану.
- Не оставляй это там, - огрызается он, - он может повредить отделку.
Ньют возводит очи к небу, но, прежде чем плюхнуться на подушки возле Германа, ссылает горшок на пол.
- На что это ты там так завёлся? - он приваливается к плечу Германа, чтобы взглянуть на экран.
Герман дёргается в попытке закрыть почту, но не настолько быстро, чтобы Ньют не успел увидеть адрес.
Вскочив, он нависает над Германом: - Для папы? Папа? Папа! У тебя есть ребёнок? Или дети? Блядь, Герман, как ты исхитрился сохранить это в тайне?!
- Это не то, что ты думаешь.
- Конечно "не то", - вскидывает ладони вверх Ньют, - От ревнителя традиций типа тебя я ничего другого и не жду! Гос-споди, что ты мне ещё скажешь? Ты тихий серийный убийца? Или агент ЦРУ? Потому-то ты так легко и шаришь по моим документам? Может Интерпол?
- Ньютон, дай мне минуту для объяснения. - Герман спокойно смотрит на него снизу вверх, - Присядь.
Ньют обваливается рядом, скрестив руки на груди.
- Личное сообщение, которое ты заметил, пришло от одного из моих приятелей-хакеров. Они меня гораздо моложе, но кровной связи здесь нет, - Ньют что-то ворчит, но Герман продолжает, не обращая на это внимания, - Я для этой компании... скорее наставник. Человек, пригодный на роль отца.
- Угу... Всё это до чёртиков жутко, чувак. Ни один из моих аспирантов не звал меня "папой".
- Большинство твоих аспирантов были твоими ровесниками, а то и старше.
- Это не важно.
- А я считаю, что это весьма актуально.
- Дело не в долбаном возрасте. Ты прятал этих ребят - которые так странно тебя называют - если всё и в самом деле так - от меня, хотя при этом они подламывали правительственные отчёты как бы для моей пользы. Герман, ты должен мне доверять. Мы в одной лодке.
Герман сжимает рот в тонкую линию: - Я не верю, что ты способен хранить важные тайны.
Вскочив, Ньют начинает расхаживать, бурно жестикулируя: - Где аргументы? Я не сливал никаких секретов! Я никому не рассказал в ООН про то, что мы сделали! Я никому не рассказал про тебя! Чёрт, я даже никому не сказал, что мы вместе спим! Чего ещё тебе от меня надо?
- Я хочу, чтобы ты заткнул себя прежде, чем начать во весь голос обсуждать в ООН моё детство!
- Это было почти месяц назад, а ты сейчас начинаешь бухтеть? - разводит руками Ньют, - И как только я пять лет терпел это дерьмо? Я грёбаный святой!
Герман начинает отвечать, но Ньют заглушает его криком: - О, вот как будет правильно! Тогда мы были коллегами. Сейчас мы партнёры. Правила меняются. Ты должен мне доверять! Если я не в курсе, я же не могу тебе помочь!
- Ты закончил? - спрашивает Герман ледяным голосом.
Ньют отвечает ему таким же злобным взглядом.
- Я повторю - мне не нужна помощь. Партнёры или нет, но я способен сам позаботиться о себе и сам принять решения, и не вижу причин, по которым ты должен знать обо мне всё.
- Я могу показать тебе очень-очень веские причины. Герман, мы на этом острове наедине друг с другом. Если что-то случиться, я - единственный, кто есть у тебя за спиной. А ты у меня. Как бы там ни было, мы должны быть на одной стороне и знать, что у напарника под свитером.
- Или под позаимствованной футболкой.
- Что, - оглядывает себя Ньют.
- Это моя футболка Страйкер Эврика. Ты наконец-то простил Чарли Хансена за то, что он выбил из тебя дух в Академии?
- Чувак, я всё простил Чаку Хансену. Малыш спас всех нас, - Ньют вновь приземляется на диван.
- Он заслужил лучшую участь, - тихо говорит Герман.
- Без балды. Как и все рейджеры. Спасли нас и заслуживали лучшего, - Ньют вытирает глаза, - Нет шансов, что "Страйкер" - реально наш парень, пишущий тебе с какого-нибудь пляжа?
Герман помотал головой.
Ньют вздыхает, ссутулив плечи: - Тогда кто он?
- Ты сейчас с кем говоришь? - Герман начинает возиться со своим планшетом, извлечённым из щели между диванным подлокотником и подушкой.
- Дурочку не валяй. Я на это не покупаюсь. Кто этот "Страйкер"?
- Страйкер - один мой друг из Сиднея, чрезвычайно хорошо разбирающийся в компьютерных и коммуникационных сетях.
- Который чисто случайно называет тебя папой.
- Да.
- Думаю, это не так странно, как если бы папой тебя звал Хансен-младший, - трясёт головой Ньют, - Серьёзно, Герман... Мы должны доверять друг другу. Мы здесь не выживем, если не будем сотрудничать, - он нерно усмехается, - Чувак, я реально не собираюсь помирать в ближайшее время.
Герман отвечает скупой улыбкой: - Как и я, - он расправляет плечи и выпрямляется, - Полагаю, другого выбора нет. Мне придётся довериться тебе. Не заставь меня об этом пожалеть.
- Ты вносишь свою лепту, а я свою, - Ньют поднимается и протягивает руку Герману, - Умираю с голоду. Давай попытаемся приготовить обед по какому-нибудь из рецепту, присланному твоим приятелем. Готовлю я.
- Герман встаёт, одёргивая свитер: - А я буду парнем с огнетушителем.
- Хотел бы напомнить тебе, Смоки, что кто-то вчера вечером типа готовил курицу-фламбе, - бросает через плечо Ньют, и они отправляются на кухню.
- Это была ошибка в рецепте, - фыркает Герман.
- Ты имеешь в виду, ошибка в том, как ты этот рецепт прочитал?
- Просто ошибка, - бормочет Герман.
- Я думал, нет ничего проще готовки на открытом огне. Хреново, что ты попытался всё усложнить.
Герман рычит.
До вечера они добираются ничего не спалив. С облегчением избавляясь от слоёв одежды, Герман роняет несколько перьев.
- Чёрт, линька, - ворчит он, выгибая крыло так, чтобы добраться и почесать покровные перья - и целая горсть их планирует на пол. Герман вздыхает и сердито смотрит на перья на ковре.
- Чувак! - задыхается Ньют.
Герман дёргается.
- Ты в самом деле линяешь! Блин, как круто! - Ньют проносится через комнату, зарывается пальцами в перья, и азартно чешет рядом с тем местечком, которым занимается Герман, - Из-за весеннего солнца, да? Ох... У нас-то тут будет зима. Твой организм может запутаться? Надо будет подержать тебя под светом! А то ты не перелиняешь нормально, и круглый год будешь чешущимся и сварливым, - он хватает планшет и начинает поиск: - Лампы естественного света... ультрасильные лампы... лайтбоксы. Дружище, я надеюсь, что мы не вышибем всем этим предохранители. Возможно, к тому времени, когда мы выведем тебя на правильный режим, ты будешь несколько общипанным, но это же лучше, чем чесаться, да? И вот, зацени-ка это! - бросив планшет на кровать, он что-то ищет в тумбочке: - Специальный гребень для ухода за шерстью любых домашних питомцев! Держу пари, это достанет до самых корней и хорошенько тебя вычешет. Я добыл целый ящик всяких штук вроде этой, чтобы испытать на тебе. Расчёски, щётки, сухой шампунь, кондиционер для перьев...
Герман удивлённо мигает: - Ты достал всё это? Для меня?
- Да. Никто и никогда не ухаживал нормально за твоими крыльями. Никогда. Это надо исправить. Это вопрос здоровья. Теперь, когда ты живёшь рядом с настоящими птицами, можно подцепить паразитов, или ещё какие проблемы, если мы за этим не проследим.
- Я... я и не подумал.
- Это потому, что ты всю жизнь потратил, пытаясь эту красоту или скрыть, или от неё избавиться. Вот это тоже нужно будет поменять. Сейчас мы будем учиться как следует о них заботиться. Может, если с ними всё будет в порядке, и ты сам будешь нервничать поменьше.
- А... да.
Ньют пересекает комнату и вытаскивает из-под письменного стола рабочее кресло: - Так, садись тут и преступим! - он приглашающе указывает на стул.
Облокотившись на спинку стула Герман улыбается и довольно ворчит, пока Ньют методично обрабатывает его перья гребнем.
- Ты был прав, - говорит он невнятно, - потрясающее ощущение. Спасибо, spatzchen.
- Spatzchen? - переспрашивает Ньют после короткой паузы.
- Это значит "воробушек". Ты так же щебечешь.
Фыркнув, Ньют возвращается к расчёсыванию.
Герман засыпает раньше, чем он заканчивает - прямо в кресле.

А это тот самый Смоки - этакий символ лесного пожарного.

Smokeyjj_2

@темы: фанфики, переводы, pacific rim, Owl and Dragon, Athene Noctua